В течение этого веселого фестиваля все должны были быть счастливыми и развлекаться кто как мог. К сожалению, даже такой приятный праздник зачастую окрашивался в трагические тона. В некоторык частях Римской империи существовал обычай по завершении праздничного действа совершать человеческие жертвоприношения. Человек, которому предстояло воплощать собой бога Сатурна, должен был перерезать себе горло возле его алтаря. Но этот ревностный христианин наотрез отказался стать воплощением языческого бога. За такой акт открытого неповиновения храброго солдата немедленно казнили. В результате он стал христианским мучеником и позже был причислен к лику святых католической церкви. Это был веселый религиозный фестиваль-бурлеск, когда христианская месса превращалась в своеобразный фарс. Нужно отметить, что этот праздник организовывался отнюдь не врагами Церкви, а скорее самыми благочестивыми членами клира.

Он обычно проходил в середине декабря и длился несколько дней. В начале празднества самые высокие иерархические чины — епископы и архиепископы — передавались представителям низшего слоя клириков, нарушая тем самым все принятые церковные законы. Эти люди получали облачения, соответствующие их высокому сану, и вели себя так, словно они на самом деле важные церковные "шишки".

Им вручались пастырские посохи и предоставлялось право на торжественное благословение прихожан. Проводимая ими месса в городском соборе, однако, не имела ничего общего с нормальной церковной службой. Это была обманная месса, на которой ненастоящему епископу прислуживали ненастоящие священнослужители в женских одеждах. Вместо обычных торжественных молитв в храме распевали похабные песенки, а вокруг алтаря водили веселые хороводы. Во время этой невероятной церковной службы клирики вели себя так, словно они не в храме, а где-нибудь в харчевне, так как они на ходу проглатывали горячие сосиски и на алтаре играли в карты. Хотя неоднократно предпринимались усилия с целью наложения запрета на подобный обычай, он все равно пользовался громадной популярностью как среди верующих, так и у клира, и поэтому дожил в Европе до эпохи Реформации. Еще в 1645 году во Франции в некоторых монастырях отмечался "праздник дураков". Вот как его описывал один автор: "Участники держали в руках священные книги вверх тормашками и притворялись, что читают их через очки, в которых вместо стекол были вставлены кусочки какой-то странной кожуры, при этом они что-то мямлили, путая слова, и издавали такие дикие, смешные, глупые и неприятные вопли, поднимали такой ужасный визг, что казалось, это не люди, а стадо разъяренных свиней".

Он явно осуждал такие действа: "Лучше на самом деле пригласить в храм животных, чтобы те на свой манер вознесли славу Господу, чем выносить эту орущую толпу людей, которые, по сути дела, насмехались над Богом, делая при этом вид, что его восхваляют. Такие люди глупее и бессмысленнее, чем самые глупые и бессмысленные звери". В кафедральном соборе французского города Сан проводился своеобразный вариант такого праздника, получивший название "праздник осла". Во время проведения мессы осел становился центром всеобщего внимания, и вокруг него начинались всевозможные смешные церемонии в духе настоящего бурлеска.

Мальчик-епископ Одним из самых странный обычаев в средневековой Англии стал обычай избрания епископом мальчика, проводившийся во время веселого праздника, устраиваемого в честь Святого Николая, патрона и заступника детей. Каждый год 5 декабря маленькие служки, певшие в хоре или помогавшие священникам во время мессы у алтаря, выбирали из своего числа юного епископа. Хотя такой юный священнослужитель занимал свой высокий пост всего три недели, он исполнял все обязанности настоящего епископа. Мальчика-епископа с пасторским посохом в руках знатные люди приглашали в свои дома, считая большой честью представившуюся им возможность развлекать у себя такую важную персону. Даже правящие монархи с уважением относились к мальчику-епископу. В ходе временного исполнения обязанностей юный епископ и его "клир" играли свою роль со всей серьезностью. Они читали молитвы, а во время религиозной церемонии внутри храма настоящие епископы должны были прислуживать своим юным коллегам и носить для них свечи. Вот что писал по этому поводу один автор: "В митре, с пастырским посохом в левой руке, мальчик-епископ раздавал благословения прихожанам". Но на самом деле никаких особых проблем здесь не возникало. Взрослый епископ был обязан представить своему юному коллеге текст проповеди. Полный текст такой проповеди, прочитанной епископом-мальчиком, до сих пор хранится в одном из музеев. Трудно поверить, но тем не менее к этому обычаю верующие относились настолько серьезно, что когда мальчик-епископ неожиданного умирал во время этого праздника, то его предавали земле не как обыкновенного ребенка, а со всеми почестями, полагающимися по рангу настоящему епископу. Хотя многие люди, главным образом, конечно, молодежь, считали такой праздник занятным развлечением, находились и такие, которые не воспринимали должным образом все эти потешные церковные церемонии. Одним из них был Гранмер, который в 1542 году обратился со специальным призывом к королю искоренить это опасное суеверие. Он был отменен с установлением протестантства в стране. Для любого мужчины дайяка жизнь без трофея в виде отрубленной человеческой головы была просто невыносима. Владение по крайней мере одним таким чудовищным трофеем было абсолютной необходимостью, так как мужчина без него не имел права жениться. А чтобы найти себе невесту среди дайякских аристократок, одного человеческого черепа было явно недостаточно. Есть одна забавная история, повествующая о том, как восемнадцатилетний юноша из этого племени не смог жениться на девушке, так как не принес ей драгоценный трофей — отрубленную человеческую голову. Это случилось в 1880 году, когда было почти невозможно убить человека из соседнего племени. Он посчитал, что после того как голова будет сварена, никто и не догадается, кому она принадлежала. Прикинувшись путешественниками, эти ребята попросились на ночлег к торговцу. Человеческие черепа требовались и для многих других случаев. Более того, если умирал вождь, то снова требовалась человеческая голова, чтобы ему в загробном мире прислуживала душа убитого человека. Неблагоприятное пророчество, которое услыхал во сне вождь племени, можно было преодолеть только с помощью человеческой головы. Они верили, что любое значительное событие так или иначе нарушало установленное космическое равновесие и, чтобы восстановить прежний баланс, необходим череп.